«Всё в порядке, девушка — я сам перелезу!» — сказал я немолодой уже медсестре, подставляющей мне под скорую двухколёсную каталку. В её взгляде был плохо скрываемый страх…

Я выпрыгнул на одной ноге из скорой и уселся в какую-то странную инвалидную коляску, оказавшись лицом к медсестре, которая её катила. Те, недолгие, 20-30 метров до приемного отделения она всё время смотрела мне в глаза и говорила «Не засыпай! Говори со мной!» Я ей в ответ: «Да всё нормально – я хорошо себя чувствую…»

Разной степени «нормальных», очевидно, в её жизни было предостаточно, поэтому она знала о таких как я больше – следующая фраза, которую я услышал, очнувшись в операционной на столе, была такой: «Доктор, он снова с нами!». Я так удивился… Даже не знаю, как и чем меня приводили в чувство и сколько на это ушло времени, или, я сам «проснулся», но никаких туннелей и полётов не было. Не было вообще ничего. Ничего — вот, что «там»…

Больше сознание я не терял, а все медицинские операции (если можно так назвать штопание головы и ноги) проходили под местным наркозом.

Никакого страха у меня не было – была растерянность от беспомощности, ведь я такой крутой пацан был ещё пару часов назад… Когда врачи мне сказали, что будут перевозить куда-то ещё – я насторожился. А когда меня вывезли на каталке на улицу и я увидел толпу пророссийски настроенных граждан, требующих от медиков отдать меня им – спина покрылась потом. Благо, этот «митинг» длился недолго, а я категорически отказывался куда-либо ехать, пока в машину не заглянул «Немец» Igor Baida и не сказал, что-то типа: «Беня, всё в порядке – я еду с тобой». Я успокоился…

Потом, в этот же день, была ещё одна больница, а потом ещё одна. Пока мы с раненым товарищем не «осели» в Павлограде, где, в 4-й городской больнице нас и выхаживали ещё три месяца…

Сейчас, спустя годы, оглядываясь назад, думаю, что ранение меня спасло от гибели. Нет, не в Карловке 23 мая. Думаю, что лето 14-го, в составе батальона я бы не пережил. Старался участвовать во всех операциях, а земли под ногами не чувствовал и, между прочим, совершенно напрасно!

Это был урок. Самый жестокий на сегодняшний день, но и самый поучительный в моей жизни.

Мы легко ставили на кон всё! Мы ставили на кон наши жизни! Легко и не задумываясь! Мы были отчаянные и решительные, но этого оказалось мало.

Мы не владели в достаточной степени даже тем немногим оружием, которое у нас было. Мы не имели знаний и практических навыков участия в военных операциях. Мы были неслаженны и, у нас не было плана «Б», на случай нештатной ситуации. В чём-то мы были романтики и одержимые патриоты. Но и этого оказалось мало…

Военному делу необходимо учиться! Учиться через кровь, пот и слёзы, ибо ставки велики, как нигде! Учиться надо в учебных центрах и на полигонах, а не на передовой!

Если эти мои слова случайно дойдут до кого-нибудь из командного состава ВСУ, то я бы попросил прекратить порочную практику перевода бойцов из подразделения в подразделение под ротацию в ООС. Нельзя надолго оставлять людей на передовой, чтобы они сами об этом не думали и какими бы профессионалами себя не считали! Это иллюзия, цена которой жизнь! Ещё раз – обязательно выходить из района ООС на ротацию, восстанавливать психику, оттачивать навыки, получать новые знания и проводить слаживание подразделений. Только после этого снова можно возвращаться в ООС!

Слава павшим Героям! Слава выжившим! Слава Украине!

И спасибо, что живой!

p.s. Честно говоря, там, в Карловке, сразу после ранения, я думал что скоро умру — контузия была сильная и правую часть головы я не чувствовал, как и не слышал ничего правым ухом. Кровь заливала мне глаза и я почему-то решил, что кровь остановить не реально. Потому не наложил жгут на ногу, где была простреляна артерия. Товарищам было откровенно не до меня и я думал, что они меня утешают, говоря, что ничего страшного с моей головой не случилось и в общем и целом черепная коробка у меня не вскрыта… Пытался в меру сил достойно прожить последние минуты — даже отстреливался. У Господа были другие планы на мой счёт. Когда случилась эвакуация (старший товарищ с позывным Феликс Феликс Эдмундович не испугался и подъехал на микроавтобусе в красную зону за ранеными) — я использовал свой шанс. Сейчас я знаю — надо бороться до последнего и обязательно оказывать себе медицинскую помощь. Обязательно, если есть возможность! А там Бог рассудит…

Дмитрий Бабкин

Читайте аналитику и блоги прямо у себя в Мессенджере или Фейсбуке